Аккелин

Быль, мифы, сказки

Аккелин! Богатая травами и водой долина между рекой Ащи-су и склонами Баянтау. Нет, пожалуй, другого такого места, где бы так хорошо нагуливался скот за лето. Поэтому за эту долину в седую старину шла постоянная борьба между богатыми скотоводами. В начале XIX века здесь были джайляу первого ага-султана Баянаульского внешнего округа Шона Едыгеева. Тогда-то, как говорит легенда, и прозвали долину Аккелин (Белая сноха). Будучи занят административными делами округа, Шон часто поручал поездки на ярмарки младшему брату Торайгы ру. И вот однажды Торайгыр с нукерами и пастухами гнал табун скота на Тузкалинскую ярмарку. Путь в жару и пыль утомил их, и они решили заночевать у небольшого степного озерка. Оставив пастухов со скотом, установив порядок дежурства, Торайгыр с одним нукером-аткаше (проводником) заехал в раскинувшийся поблизости аул. Здесь по какому-то случаю шло веселье. После сытного ужина Торайгыр Едыгеев вышел к толпившейся у качелей молодежи, с удовольствием слушал песни под музыку домбры. Среди девушек он вдруг увидел красавицу, равной которой никого не было. Стройная, как тополь. Брови казались крыльями ласточки, поднятыми к полету; белое с легким румянцем лицо напоминало утреннюю зарю. За¬чарованный Торайгыр не отрывал взгляда от девушки, смотрел только на нее. А когда веселье стихло, молодежь стала расходиться, он, улучив момент, уже у юрты догнал красавицу. -— Подожди, душа моя. Побудь со мной, поговорим. — Кто ты, джигит? О чем говорить?— удивилась девушка. Но отошла со смелым незнакомцем за юрту. В ответ на признания в любви девушка с горечью в голосе объяснила: — Но это невозможно. Я давно просватана. В этом году жених заканчивает платить калым, должна состояться свадьба. Такова воля отца. Узнав, что жених еще никогда не бывал в ауле невесты, Торайгыр принял дерзкое решение... Возвращаясь из очередной поездки на ярмарку, он направил в этот аул посла с сообщением: едет к белолицей невесте «на смотрины» жених со своими друзьями и слугами. Отец распорядился установить дорогую белую юрту для жениха и две юрты для прислуги и приготовить угощения. Встреча прошла бурно, весело. Много роздали подарков приезжие. Все остались довольны их щедростью. За полночь разошлись гости и родственники, оставив жениха и невесту одних. Пять дней, установленные для смотрин, пролетели, как один миг. Много скота было продано на ярмарке, по хорошей цене, и ага-султан Шон сделал вид, что не заметил крупных расходов брата. Только Торайгыра будто подменили. Нет прежней беззаботности. Тем временем странную, небывалую еще в казахских степях историю о нарушении древнего мусульманского обычая неизвестным джигитом и просватанной девушкой «узун-кулак» донес до одураченного жениха и его родителей. Разгневанные сваты шлют гонца с наказом: «Если не доставят виновных для суда над ними, разорим весь аул». Родители невесты не знали, что избавить их от гнева родственников жениха и от позора может этот же дерзкий джигит, что пять ночей провел в ауле с их несравненной красавицей,—ведь он брат самого ага-султана. Но не дремала сама виновница происшествия. Верные подруги привели ей ночью двух лучших коней. На одного навьючили постель и наряды, на другого села она сама и отпра¬вилась в путь, на джайляу Шона Едыгеева. Будто предвидел события Торайгыр — подробно рассказал ей о до¬роге. Утром ага-султан еще был в постели, когда услышал чей-то настойчивый стук. — Шон-бий! Меня прислала ваша сноха. Хозяин, наскоро накинув верхнюю одежду, вышел. — Мой верный слуга! Лучший из чабанов! Что с то¬бой? Откуда у тебя этот конь — настоящий тулпар? — Выслушай, мой господин! Еще лишь светало, как на этом скакуне с другим аргамаком в поводу явилась ко мне девушка-красавица, какой за мои шестьдесят лет я не видел. «Садитесь,— говорит,— скорее на эту лошадь, ез¬жайте к господину Шону и скажите, что приехала сноха, встретит он ее или нет?» — Что-то непонятное,— задумался ага-султан.— Не Торайгыровы ли это проделки? Ну-ка, позови его. Лицо Торайгыра засияло радостью. — Дорогой мой старший брат! Ты остался мне за отца. Помоги! Я полюбил ее — никакой другой невесты мне не надо. Шон по-доброму улыбнулся. Нечего было долго раздумывать. Тут же, согласно обряду, собрали девушек, парней и выехали за невестой. Направили послов за ее родителями. И состоялся большой свадебный той. История о смелой девушке, непревзойденной Красавине, о белой снохе Шона Едыгеева, нарушившей законы шариата, долго на все лады пересказывалась в аулах Баянских гор и степного.Прииртышья. Урочище, где встречали ее, стали называть Аккелин (Белая сноха). До 1928 года и волость на этой территории называлась Аккелин-ской. Сейчас здесь расположено отделение совхоза имени Сатпаева.